Разделы


Пути творческого поиска поэта
Страница 3

Материалы » Пастернак и футуризм » Пути творческого поиска поэта

Поэтому и стремление раннего Пастернака создать стихотворение, завершенное в себе, как бы встающее в ряд явлений внешнего мира, лишь относительно может быть сближено с футуристи­ческим пониманием произведения как «вещи». Слишком разнятся мировоззренческие предпо­сылки и совсем уж несоединимы предполагаемые результаты. В системе футуризма, широко гово­ря, творчество «вещей» средствами искусства несло идею нового, рукотворного мира, «второй природы» взамен природы первозданной. Пастер­нак внутренне чужд идее переделки мира, его поэзия ориентирована на вечные законы приро­ды, единосущна с природой. Свое представление о стихотворении как особом и органичном явле­нии, стоящем в природном ряду, он, наверное, на идеальном уровне мог бы выразить словами, ска­занными Рильке об изваяниях Родена («Огюст Роден»): «Ему (изваянию) подобало иметь свое собственное, надежное место, уста­новленное не по произволу; подобало включиться в тихую длительность пространства и в его великие законы. Его следовало поместить в окрест­ный воздух . придать ему устойчивость и вели­чие, проистекающие просто из его бытия, а не из его значения». Стихи Рильке, который стремился воплотить эту идею в своей поэзии, Пастернак начал переводить еще до «Близнеца в тучах», а позже из «Книги образов» Рильке он перевел два стихотворения, которые прекрасно поясняют принцип «объективного тематизма» — дают «но­вую картину» и «новую мысль» («За книгой» и «Созерцание»).

В стихах периода «Близнеца в тучах» и «По­верх барьеров», во многом еще незрелых, раз за разом пробивается поэтическая мысль, удивляю­щая как раз своей зрелостью, в том отношении, что ей суждено было стать доминирующей, опре­деляющей во всей поэзии Пастернака. «Очам и снам моим просторней // Сновать в туманах без меня»,— это сказано в раннем варианте «Ве­неции» и развито в целом ряде стихотворений. Субъектом стихов объявлена жизнь, а поэт взят жизнью «напрокат», как орудие, средство выра­жения, «уст безвестных разговор».

Отношение поэтического слова к миру вещей раскрывается у молодого Пастернака через мате­риальные свойства слова — предметную осязае­мость, звучание и т. д - и оно же, это отношение, есть своего рода внутренняя тема, самим поэтом осмысливаемая и постигаемая. Она не является преднамеренным заданием стихотворения, а вы­растает вместе с ним. Стихотворение развивает лирическую ситуацию» или рисует погоду, а в ре­зультате рождается мысль, дается открытие в масштабе самой широкой проблемы: поэзия и действительность.

С миром вещей у Пастернака родственные связи. Это не экспрессионистический принцип раннего Маяковского, дававшего фантастиче­скую деформацию вещей, сорванных силою его гиперболических страстей с привычных мест, искореженных и орущих. У Пастернака вещи тоже несут определенное «чувство», но это чув­ство, так сказать, добровольное, присущее им самим в силу их близости и расположенности к человеку:

Сегодня мы исполним грусть его — Так верно встречи обо мне сказали, Таков был лавок сумрак, таково

Окно с мечтой смятенною азалий.

О, город мой, весь день, весь день сегодня

Не сходит с уст твоих печаль моя!

(«Сегодня мы исполним грусть его .»)

Возникает мотив «подобий». В «Близнеце» (еще не был написан «Марбург») он проведен в стихотворении «Встав из грохочущего ром­ба .». Гетевское («Все преходящее - только подо­бие») Пастернак замыкает в осязаемой психоло­гической сфере:

О, все тогда - одно подобье

Моих возронотавших губ,

Когда из дней, как исподлобья,

Гляжусь в бессмертия раструб.

Универсальная,онтологического свойства оп­позиция «преходящее — вечное» у Пастернака сохранена («дни - бессмертие»), но она увидена из самосознания «возропотавшего» человеческо­го «я», получила субъективное выражение, отра­зившееся и на мире вещей. Впрочем, самосозна­ние «я» направлено сразу в две стороны, к противоположным пределам. Поэт волен вставить себя во внешний мир и даже продиктовать себя миру («Взглянув в окно, даю проспекту // Моей по­ходкою играть .»), но здесь же, во внешнем мире, он всего лишь «ненареченный некто», растворен до полной безымянности, неразличимости. В его слове, «в кольце поэмы», отпечатались немота и грозы мира,— в принципе его поэма написана раньше самой природой, ее «глухими наитиями» и «неизбываемыми дождями». Переделывая сти­хотворение в конце 20-х годов, Пастернак усилил именно эту сторону, перенеся сам драматизм психологической коллизии на внешний мир, на природу (в стихотворении - север):

Страницы: 1 2 3 4 5

Похожие статьи:

Художественное своеобразие «божественной комедии» Данте, как отражение жизни и смерти в средние века. Политический и психологический смысл поэмы Данте А.
Данте показал картины пороков, живущих в людях для того, чтобы противопоставить их другим картинам, которые должны создавать люди для того, чтобы была гармония для осознания, его поэме своего рода просветительская база для всех кто живет ...

Нормы в морфологии. Причины вариантности в формах слова
Морфологические нормы определяют выбор формы слова. Формы слова - это его видоизменения. Они свойственны не всем частям речи, а только таким, которые склоняются, спрягаются (т.е. изменяются по падежам, числам, лицам и т.д.). При этом раз ...

Комический фон как контраст для трагически окрашенных ситуаций в пьесе
Воспевание патриархальности, русской старины, эпических характеров в соединении притчи и достоверности придало пьесе "Не в свои сани не садись" характер народного действа. Действие комедии развивается стремительно, сцены плотно ...