В «Книжном обозрении» от 2 марта 1999 года была опубликована полосная статья Дмитрия Володихина, названная «Один из первых почтительных комментариев к мардонгу Пелевина». Автор предлагает: «…эзотерику не стоит ждать его очередной актуализации. Стоит уже начинать строить пелевинский мардонг»[xxxiii]. Критикам, видимо, пришлась по душе идея применить концепцию Пелевина к нему же самому – так, в рецензии на «Желтую стрелу» Михаил Пророков задается риторическим вопросом: «Не будет ли любая хвалебная статья, посвященная Пелевину, и тот же вагриусовский серый томик – одним из камней, которым обкладывается прижизненный мардонг его автора?».

Можно предположить, что пока нет. По Пелевину, создание мардонга требует всеобщей готовности безусловно ему поклоняться. Сам же В. Пелевин вряд ли достиг таких творческих высот. К тому же «присутствие живого в этой области оскорбительно и недопустимо».

Как было уже отмечено, проза В. Пелевина симптоматична – и в этом ее основная эстетическая ценность. Сегодня он продолжает живописать растерянное состояние российского общества на границе тысячелетий; когда люди, отказавшись от старой системы ценностей, мучительно ищут и «обкатывают» новую. Можно заключить, что именно отсюда идут корни всех «экзотических» мотивов прозы Пелевина, экстраполируемые из реальной жизни и преломляющиеся в художественном тексте.

Похожие статьи:

Сущность трансграничности в произведении «Охота на Снарка»
Для того чтобы сделать понятным явление трансграничности в произведениях Кэрролла, следует рассмотреть одно из ярчайших произведений автора - «Охота на Снарка». «Охота на Снарка» вызвала массу недоуменных вопросов у читателей. Спустя два ...

Крестьянские образы в поэме Н.В. Гоголя «Мертвые души»
В знаменитом обращении к «птице‑тройке» Гоголь не забыл и мастера, которому тройка обязана своим существованием: «Не хитрый, кажись, дорожный снаряд, не железным схвачен винтом, а наскоро, живьем, с одним топором и долотом снарядил ...

Настасья Филипповна – образ инфернальной женщины в романе «Идиот» Ф.М. Достоевского
Еще одна героиня Достоевского – Настасья Филипповна – роковая, гордая, инфернальная женщина в романе «Идиот». Образ этой героини взят с первой жены Достоевского Марьи Дмитриевны, он как будто «списал» её на бумагу, отобразив все её черты ...