В прошлом норма литературного языка часто рассматривалась как некое статическое понятие. Для этого существовали известные основания. Литературный язык соединяет поколения, и поэтому его нормы, обеспечивающие преемственность культурно-языковых традиций, должны быть максимально устойчивыми, стабильными. Представление о незыблемости норм имело также психологическую основу. Во-первых, язык в целом изменяется медленно, постепенно. Для существенных, ощутимых сдвигов, как правило, недостаточно жизни одного поколения. Во-вторых, все новое, непривычное, входящее в речевую практику, нарушает автоматизм пользования языком, несет за собой временное неудобство, и поэтому, естественно, вызывает оборонительную реакцию.

Естественнонаучная философия стала рассматривать язык как живой организм, в котором непрерывно отмирает одно и нарождается другое. То, что сначала кажется разрушительным для языка и вызывает гневное осуждение, впоследствии нередко оказывается необходимым и даже благодетельным. Известный русский ученый 19 в. Яков Карлович Грот так, например, характеризовал процесс освоения новообразований: "Вначале слово допускается очень немногими; другие его дичатся, смотрят недоверчиво, как на незнакомца . Мало-помалу к нему привыкают, и новизна его забывается: следующее поколение уже застает его в ходу и вполне усваивает его" (Народный и литературный язык. - "Филологические разыскания", т.2. СПб., 1899. С.17).

Современное языкознание признает, что норма отражает поступательное развитие языка. Динамическая теория нормы, опираясь на требование "гибкой стабильности", совмещает в себе и учет продуктивных и не зависящих от нашей воли тенденций развития языка, и бережное отношение к унаследованным литературно-традиционным речевым навыкам.

Таким образом, с позиций динамического подхода норма - это не только результат речевой деятельности, закрепленный в традиции или образцах, но также и создание новых средств в соответствии с возможностями системы или по аналогии с уже реализованными образцами. При нормативной оценке новообразований учитываются, во-первых, их массовая и регулярная воспроизводимость в речи и, во-вторых, активное взаимодействие с другими звеньями системы (ср. новое: заявление на кого/что, по аналогии с жалоба на кого/что, вместо старого: заявление о ком/чем).

Похожие статьи:

«Княжна Мери»
В повестях «Бэла», «Максим Максимыч» и «Тамань» Печорин находится в самом тесном соприкосновении с простыми людьми и людьми «естественными» — горцами. И как бы эти люди не отличались друг от друга — «смирные» или «хищные», — их объединяет ...

Символ как литературное явление. Понятие символа
Понятие символа многогранно. Не случайно М.Ю. Лотман определял его как «одно из самых многозначных в системе семиотических наук», а А.Ф. Лосев отмечал: «Понятие символа и в литературе и в искусстве является одним из самых туманных, сбивчи ...

Д.С. Мережковский, как теоретик символизма
В 1890-е годы определяется как поэт-символист и теоретик символизма Д.С. Мережковский (1866–1941), начавший писать под влиянием позитивной философии, но заинтересовавшийся затем поисками религиозного смысла жизни и «мистическим символизмо ...