Разделы


Поступление и учеба в Царскосельском лицее.
Страница 2

Материалы » Лицейские годы и их отражение в творчестве А.С. Пушкина » Поступление и учеба в Царскосельском лицее.

…Арист! и ты в толпе служителей Парнаса!

Ты хочешь оседлать упрямого Пегаса;

За лаврами спешишь опасною стезей

И с строгой критикой вступаешь смело в бой!

Несмотря на подъем патриотического чувства, которое было естественным следствием событий 1812—1814 гг., первые поэтические опыты Пушкина направлялись не в эту сторону, а являлись подражанием любовной и вакхической лирике и отчасти сатире французских и русских учеников и продолжателей Горация. Из французских поэтов Пушкин больше всего подражал Парни, из русских — Батюшкову, Жуковскому. Но и в этих «полудетских песнях на чужой голос» местами слышится будущий Пушкин, то в искренности чувства, то в оригинальности мыслей и ощущений, то в силе и смелости от дельных картин и стихов. В этих пробах пера нельзя не заметить и уменья усваивать от каждого образца лучшее и быстро отделываться от его недостатков: так, псевдоклассический арсенал собственных имен, очень богатый в наиболее ранних стихотворениях Пушкина, скоро уступает место умеренному употреблению утвердившихся формул, славянских выражений, в роде: пренесенный, взмущенны волны, расточил врагов, черный вран стрежет, быстро редеют и употребляются только в наименее задушевных его пьесах. В высшей степени поразителен факт, что одно из произведений пятнадцатилетнего лицеиста, который три года назад думал по-французски, сделалось почти народною песнью и, начиная с 20-х годов перепечатывалось на лубочных листах, это так называемый «Романс» («Под вечер осенью ненастной»), от которого потом, по забывчивости, отказывался сам автор. В первых стихотворениях поражает также раннее развитие чувственности («К Наталье», «К молодой актрисе», «Красавице, которая нюхала табак»). То обстоятельство, что стихи пятнадцатилетнего Пушкина попали в печать, не могло очень сильно выдвинуть его между товарищами: редакторы того времени очень любили поощрять юные таланты, особенно из хороших фамилий, и первое стихотворение Дельвига напечатано было еще раньше.

Мы все помним картину И.Е. Репина: «Пушкин на лицейском экзамене». Небольшой актовый зал заполнен парадной, празднично настроенной публикой. Это были родители, знакомые, близкие, приглашенные сюда по особым билетам присутствовать при небольшом зрелище: лицеисты, ученики самого аристократического в те времена учебного заведения, держат переходные экзамены. Над красным сукном экзаменационного стола сверкают золотое шитьё мундиров, жирные эполеты, нагрудные звезды и ордена высокого начальства. Здесь, под портретом Александра I, самодержца всероссийского, и сам министр просвещения Разумовский, и архимандрит Фотий, злобный монах, гонитель всего передового и светлого в жизни. За ними директор Лицея и преподаватели. А в центре, приподнявшийся с кресла видный сановник, уже дряхлый старик, приложил ладонь к уху, чтобы лучше слышать. Слёзы восторга текут по его морщинистым щекам, лицо озарено отблеском внезапно воскресший молодости. Это Гавриил Романович Державин – старейший и самый прославленный поэт того времени. Не отрываясь, смотрит он на курчавого подростка, который с высоко поднятой рукой восторженно и самозабвенно декламирует сочиненные им на торжественный случай стихи.

Юноша-поэт поначалу рисует мирную картину ночного царскосельского парка, залитого лунным светом.

«Навис покров угрюмой нощи

на своде дремлющих небес;

В безмолвной тишине почили дол и рощи,

В седом тумане дальний лес:

Чуть слышится ручей, бегущий в сень дубравы,

Чуть дышит ветерок, уснувший на листах,

Тихая луна, как лебедь величавый;

Плывет в сребристых облаках.

Плывет – и бледными лучами

Предметы осветила вкруг.

Аллеи древних лип открылись пред очами,

Проглянули и холм и луг…»

Интересно вспомнить, как было описано это понятное в жизни юного Пушкина событие одним из ближайших его друзей – И.И. Пущиным.

«…Державин державным своим благословением увенчал юного нашего поэта. Мы все, друзья-товарищи его, гордились этим торжеством. Пушкин тогда читал свои «Воспоминания в Царском Селе». В этих великолепных стихах затронуто все живое для русского сердца. Читал Пушкин с необыкновенным одушевлением. Слушая знакомые стихи, мороз по коже пробегал у меня. Когда же патриарх наших певцов, в восторге, со слезами на глазах, бросился целовать поэта и осенил его курчавую голову, - под каким – то неведомым влиянием, благоговейно молчали. Хотели сами обнять нашего певца, - его уже не было, он убежал».

Страницы: 1 2 3

Похожие статьи:

«Княжна Мери»
В повестях «Бэла», «Максим Максимыч» и «Тамань» Печорин находится в самом тесном соприкосновении с простыми людьми и людьми «естественными» — горцами. И как бы эти люди не отличались друг от друга — «смирные» или «хищные», — их объединяет ...

Трансграничность образов и событий в творчестве Кэрролла
Как было заметно в анализируемом выше произведении «Охота на Снарка», в произведениях Льюиса Кэрролла трансграничность отражается в пересекаемых различными границами разделяющими реальность от сказочности, происходящие мировые события и в ...

Немного истории.
Анакреон был виднейшим представителем древнегреческой лирики VI и начала V в. до н.э., родом из малоазиатского города Теоса. В эпоху политических и социальных переворотов, когда на глазах Анакреона часто падали одни и возвышались другие, ...