Разделы


Образ Сони в повести Л. Улицкой «Сонечка»
Страница 2

Материалы » Инфернальные женщины в романах Достоевского » Образ Сони в повести Л. Улицкой «Сонечка»

Нельзя сказать, что в образе героини наблюдаются эти качества, как раз она проста и несчастна в жизни. Её поступки глупы и не обдуманны. Образ инфернальной женщины ей совершенно не подходит. Скорее она спокойная, миролюбивая, всепрощающая барышня, но весьма благородная.

Она после такого жестокого обмана мужа его прощает и совершенно не держит на него зла, Ясечку она берет к себе на попечительство (у неё нет никого, кроме Сони). Сонечка невероятно добра, но она не интересна и оттого, как только она чуть-чуть состарилась и потеряла некоторую часть своей красоты, именно некоторую, потому что женщина красива в любом возрасте, она теряет только облик молодого лица и тела. Для Роберта Викторовича этого было достаточно, чтобы уже предать её и предать так бесстыдно и позорно, унизительно и низко. Соне безумно больно оттого, что уже в зрелом возрасте она понимает, что её муж, которому она посвятила всю свою жизнь, никогда по-настоящему её не любил, возможно, он и не знает, что такое любовь, за всю свою жизнь он не смог почувствовать этого прекрасного чувства. Какое-то время Роберт любил свою жену, но он любил её так, как игрушку, которая всегда при нем. Муж Сонечки всегда знал, что она никуда от него не денется, никогда не бросит и не скажет что-то против. Не зря говорят, что любовь «жестока», что от любви страдают. Соне не пришлось страдать, но пришлось испытать чувство огорчения и боли из-за любви.

Проанализировав работу Егоровой Н. «Актуальность прозы Л. Улицкой» можно сделать вывод, что: «…наследуя чеховскую манеру повествования, технику портретирования, внимание к психологическим деталям и другие способы выражения авторской оценки, Л. Улицкая, возможно, пробует дописать на новом материале «Душечку» А.П. Чехова. Ее героиня остается со своими детьми, наблюдает за их взрослением, но это усугубляет трагическое звучание финальных строк повести, где перед нами одинокая «толстая усатая старуха Софья Иосифовна», которая «вечерами, надев на грушевидный нос лёгкие швейцарские очки, уходит с головой в сладкие глубины» книжного мира. Но разве только неблагодарные дети – причина одинокой старости Софьи Иосифовны? Л. Улицкая настаивает на том, что даже материнская любовь не должна быть настолько всепоглощающей, чтобы женщина забывала о себе, превращалась в добровольную рабу, ей необходимо сохранять в себе живую душу.

Традиционно в русской литературе все героини, наделенные именем – Сонечка, они считаются носителями мудрости (это их основная характеристика). Это добрые, «кроткие» женщины, способные помочь и выслушать, смиренно несущие свой крест, но верящие в конечную победу добра. Данные качества неизменно угадываются не только в Соне Достоевского, но и в Софье Петровне из «задержанной» одноименной повести Л. Чуковской (1939–1940, опубликованной 1988).

Однако «религиозная» составляющая в образах женщин с именем София полностью раскрывается только с появлением работ «возвращенных» философов: В. Соловьева – «Оправдание добра» (1897), П. Флоренского «Имена» (1914) и др. Наблюдения ученых о преображающей силе божественной любви не могут не вбирать в себя сегодняшняя культура и современная проза, в которой – целый ряд произведений, в названия которых есть имя София.

Героиня Л. Улицкой умеет быть смиренной и «благодарной жизни» (И. Пруссакова) [40], способна на самоотречение, что роднит ее с традиционными образами Софии в русской литературе и, конечно, с Соней Достоевского. Близость к Соне Мармеладовой прослеживается и в религиозном подтексте, подсвечивающем образ современной Сонечки. Но она – иудейка. Тем самым автор подчеркивает мысль: в XX в. не имеет значения, к какой религии принадлежит человек, лишь бы в его сознании присутствовала память о высоких нравственных ценностях. Да и не делает Улицкая свою героиню идеальной: вера её носит явно приниженный характер. Авторская ирония по отношению к Сонечке, наличие в заглавии повести «этически двусмысленного» (П. Бицилли) [40] уменьшительно-ласкательного суффикса – ечк – позволяют провести параллель с рассказом А.П. Чехова «Душечка».

Страницы: 1 2 3

Похожие статьи:

Пространство и время с точки зрения классической физики
Прежде чем приступить к анализу хронотопа в произведениях Виктора Пелевина, необходимо обратиться к понятию пространства и времени в классической физике. Такая необходимость обусловлена тем, что Пелевин является писателем-метафизиком. В ...

Исторические повести
ПОВЕСТИ О НАЧАЛЕ МОСКВЫ. Во второй половине XVII в. историческая повесть постепенно утрачивает историзм, приобретая характер любовно-приключенческой новеллы, которая служит затем основой для развития авантюрно-приключенческого любовного р ...

Хронограф
Хронограф – это тексты, содержащие описание времени 15–16 веков. История жанра хронографа на русской почве началась, видимо, с составления хронографической компиляции, которую древнерусские книжники называли «Хронографом по великому изло ...