Разделы


Трагедия человека в стихии гражданской войны - (По рассказам М.Шолохова, И.Бабеля и др.)
Страница 1

Материалы » Серебряный век » Трагедия человека в стихии гражданской войны - (По рассказам М.Шолохова, И.Бабеля и др.)

И. Бабель «Конармия»

Сборник рассказов Исаака Бабеля «Конармия» рисует нам картину гражданской войны, далекую от пропагандистского стереотипа о плохих белых и хороших красных. Конармейцы изображены совсем не ангелами, а белые — отнюдь не только злодеями. Однако главное для писателя — не доказательство правоты или неправоты белых или красных, а показ читателям трагичности гражданской войны, трагичности всякого насилия, даже применяемого как будто в благих целях. Это хорошо видно на примере рассказа «Смерть Долгушова». Здесь автор, Кирилл Лютов, — интеллигент, вследствие осознанного выбора оказавшийся на стороне красных, попадает в сложное моральное положение. Смертельно раненный конармеец, телефонист Долгушов, просит, чтобы его добили, избавив от мучений и возможного надругательства со стороны поляков: «— Патрон на меня надо стратить, — сказал Долгушов. Он сидел, прислонившись к дереву. Сапоги его торчали врозь. Не спуская с меня глаз, он бережно отвернул рубаху. Живот у него был вырван, кишки ползли на колени и удары сердца были видны. — Наскочит шляхта — насмешку сделает. Вот документ, матери отпишешь, как и что . — Нет, — ответил я и дал коню шпоры. Долгушов разложил по земле синие ладони и осмотрел их недоверчиво . — Бежишь? — пробормотал он, сползая. — Бежишь, гад .» Бабель демонстрирует нам страшные подробности войны, натуралистические детали умирания человека. Жуть берет, когда удары сердца не слышно, а видно. Бабелевский интеллигент не в состоянии выполнить просьбу умирающего солдата. У него не хватает решимости убить человека, пусть и без того обреченного на мучительную смерть. Лютов не может преодолеть сидящего в глубине его души отвращения к убийству, морального запрета на лишение жизни себе подобного. Хотя по сути выстрел для Долгушова — это благо, избавляющее от нестерпимой боли и приближающее желанную смерть. Долгушова добивает друг Лютова Афонька Вида — простой казак, не отягощенный интеллигентской рефлексией. Он спрятал в сапог красноармейскую книжку и спокойно выстрелил умирающему прямо в рот. Тут между Бидой и автором происходит очень выразительный диалог: « — Афоня, — сказал я с жалкой улыбкой и подъехал к казаку, — а я вот не смог. — Уйди, — ответил он, бледнея, — убью! Жалеете вы, очкастые, нашего брата, как кошка мышку .И взвел курок». Сувенирные деревянные ложки купить.

От гибели Лютова спасает другой красноармеец, Грищук, схватив Виду за руку. Однако тот продолжает выкрикивать угрозы в адрес Кирилла: «Холуйская кровь! Он от моей руки не уйдет .» И Лютов понимает, что потерял Афонькину дружбу. Грищук же Лютова не осуждает за проявленную слабость и угощает яблоком, говоря ласково: «Кушай . кушай, пожалуйста .» Этими словами рассказ заканчивается.

Сам факт выбора, который приходится делать Лютову, глубоко трагичен. Убить человека — нарушить внутренний нравственный закон. Не убить — значит обречь его на более медленную и мучительную смерть. Как будто Афонька Вида совершает акт милосердия, добивая Долгушова и тем самым, творя добро. Однако казака уже заразила страсть к убийству. Он готов убить своего друга Лютова только потому, что ему видится в словах Кирилла невысказанный укор. Сам Бабель сознавал, что не правы тут оба. Лютов из-за чувства жалости не может прекратить мучения Долгушова. Вида же готов расправиться с другом только за то, что неспособность Лютова к убийству вынудила Афоню взять грех на себя. Писателю ближе всего позиция Грищука, способного предотвратить бессмысленное убийство и пожалеть «очкастого», перенесшего, наверное, самое сильное потрясение в своей жизни.

Жестокость гражданской войны показана Бабелем через столкновение необходимости убивать хорошо знакомого человека, чтобы облегчить его страдания, и невозможности такое убийство совершить без тяжелого ущерба для собственной души. Страдает не только Долгушов, страдают и Лютов и Бида. И как решить нравственную дилемму, вставшую не только перед Кириллом Лютовым, но и перед десятками тысяч других бойцов и командиров противоборствующих армий, не знали ни они, ни сам писатель.

Страницы: 1 2 3

Похожие статьи:

Нос в произведениях Гоголя
В произведениях Гоголя чрезвычайно важна роль портрета, однако зачастую в портрете важна лишь одна примечательная деталь лица. Гоголь исключительно часто использовал этот прием, так в «Мертвых душах», по нашим подсчетам, он встречается 2 ...

Н. В. Гоголь. «Ревизор»
Действие первое Комната в доме городничего. Явление I Городничий, попечитель богоугодных заведений, смотритель училищ, судья, частный пристав, лекарь, два квартальных. Городничий. Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пр ...

Как все начиналось
Дефо родился в Лондоне. Его предки (по фамилии Фо; писатель прибавил к ней частичку «де») – протестанты, в XVI в. бежали из Фландрии, в годы религиозных войн, спасаясь от преследований католиков. Отец Дефо, ремесленник, владелец небольшо ...