В автобиографическом очерке «Младенчество» Ходасевич говорит о том, что он «опоздал родиться»: в 1886 году его родители были уже не молоды, ближайшая по рождению сестра была на одиннадцать лет старше него. И эту опоздалость поэт ощущает даже в своем творчестве: «Родись я на десять лет раньше, был бы я сверстником декадентов и символистов <…> Я же явился в поэзии как раз тогда, когда самое значительное из мне современных течений уже начинало себя исчерпывать, но еще не настало время явиться новому».

С самого детства Ходасевич был слаб здоровьем: почти сразу после рождения у него на языке начала расти опухоль, из-за которой он не мог есть. Кормилицы бросали его одна за другой со словами: «Он все равно не жилец». В конце концов, крестьянка Елена Кузина согласилась его выходить, но ради этого ей пришлось отдать в воспитательный дом своего собственного ребенка, и там он вскоре умер. Это беспокоило Ходасевича, поэтому в стихотворении, посвященном кормилице поэта, об этом упоминается так же, как и в очерке: «Моя жизнь стоила жизни другому существу».

Из этого же очерка мы понимаем и значение кормилицы для Ходасевича, ведь именно с ней связаны первые детские воспоминания поэта: «Няня держит меня на руках. Мы с ней стоим в Петровском-Разумовском на плотине, у входа в парк. За спиной у нас пруд, а перед нами — просторное болото. Влево, к фабрике Иокиша, уходит Михалковское шоссе. На шоссе стоит городовой. Он подходит к няне, говорит с ней, потом протягивает мне палец, я за этот палец хватаюсь, и городовой целует мне руку. Мне очень совестно и даже боязно; перед моими левыми друзьями, но с этой сцены начинается моя жизнь, ибо с нее начинается мое сознание». Показательным моментом является и другое воспоминание Ходасевича: «В один прекрасный день мне таки объявили, что вечером меня повезут в театр. Я заорал благим матом и орал так до самого вечера. Наконец мне сказали, что едем мы не в театр, а к няне в деревню. На это я согласился — не без опаски. Потом было что-то еще, какая-то смесь огней, людей, лошадей, потом мы очутились дома, и я должен был признаться, что нянина деревня мне очень понравилась и что я хочу сейчас же ехать туда опять».

Спустя несколько строк, мы вновь видим упоминание о кормилице, когда Ходасевич сообщает нам, что рос он, окруженный женщинами.

Особо дорого для Ходасевича и воспоминание о том, как он однажды выпал из окна, оно так же отражено в стихотворении про кормилицу.

Похожие статьи:

Имморалистические идеи в «Тяжёлых снах» Федора Сологуба
Уже в первом своём большом прозаическом произведении – в романе «Тяжелые сны», Федор Сологуб выражает своё миросозерцание именно через призму имморализма, подражая традиции Ф. М. Достоевского, реализованной в романе «Преступление и наказа ...

На земле Смоленской
«Из кладовой души моей, из самого сердца - все знакомое, пережитое, близкое» М. Пришвин Пришвин приехал в Смоленск в августе 1920 года с мандатом А.В. Луначарского для сбора фольклора. Как известно, по сложившимся семейным обстоятельст ...

Символика цвета в пьесах Чехова
К цветовым обозначениям как неким символам в художественном пространстве драмы Чехов прибегает уже в пьесе «Чайка». Здесь прослеживается противопоставление двух цветов: черного и белого. При этом белый цвет в драме неизменно связан с обр ...