Разделы


Философский характер притч Б. Зайцева
Страница 1

Материалы » Жанр притчи в прозе рубежа веков (И. Бунин, А. Куприн и Б. Зайцев) » Философский характер притч Б. Зайцева

Б. Зайцеву тоже был близок жанр притчи.

Как и другие современники, он – бытийный художник. Бытийность у него особого рода: это обращение к жизненным первоэлементам, к субстанции вселенского «тела», «признание благую самой первоосновы жизни» - «сквозь жестокости и скорби» миропорядка.

Живое переживание сиюминутного и в то же время вечного, способность чувствовать человека в качестве составной части потока – земного и вселенского – постоянные величины художественного мира Зайцева. Они придают его творчеству цельность и единство.

В притчах «Хлеб, люди, земля», «Молодые», «Миф», «Завтра!» писатель размышляет в аллегорической форме о Мировой душе, о единение космоса. Не миг существования важен для него, а миг личностного переживания Космоса.

В притче «Хлеб, люди, земля» представлена подвижная картина ночного мига жизни России, великой страны, миллионов людей, тысяч сёл. «Среди полей станция: красный дом из кирпича, рядом водокачка. Мимо станции железный путь: разъезды, фонари, склады, вагоны…. Эти угрюмые товарные проходят ночью, в темноте издалека видны жёлтые огни…» (9, 30).

Всё живое просторно раскинулось на земле в разные стороны, по лицу праматери: Тоненькие ниточки железных дорог пронизывали тело страны и сосредоточивали в себе трудные ритмы земной жизни: тяжело идущие грузные поезда с хлебом - с юга на север и движущиеся в черноту ночи составы с солдатами: их везут на восток дикие песни, тяжёлые драки запасных, сотни спящих похожи на кули с мукой, что везут им навстречу» (9, 34).

Б. Зайцев постоянно повторяет слова «хлеб», «люди», «земля» и не зря. Люди обрабатывают землю и выращивают хлеб, но в этом им помогает природа, стихия воды в виде дождя, который рождается в космосе.

Каждый отдельный миг есть трепетное соединение отдельного (человеческого) с общим (космическим) есть способ протекания вечного. «Натуралистическая» зарисовка внешнего – откликов ночных далей, громады «гигантской патлатой земли с удушливыми деревушками и запахом печёного хлеба» (9, 34) – создаёт «портрет» одной из космических стихий; она дышит, стенает, дыбится…

Жизнь и смерть в творчестве Зайцева являются формами существования Космоса. В притчах Зайцева обитает не только поэзия Космоса, но и религия Космоса.

«Почти единодушно критики определили технику письма Зайцева то как прозрачную акварель, то как животную, рубенсовскую веру, - писал Чуковский, - он умеет облечь её в мягкие тона и нежные подкупающие краски». Голос его «томен, застенчив и нежен – женственно–мелодичен» опровергают заблуждения об однотонности ласковости, хрупкости его изобразительности. Если позволительно говорить об искусстве слова в категориях и понятиях живописи, то «Священник Кронид» и «Молодые» - это масло, сочное, яркое, сверкающее победными цветами (9, 7).

В притче «Священник Кронид» - главный герой священник Кронид. Ему дано одно из имен Зевса – бога ясного неба, земли, отца героев. Он ведёт своё имя от отца Зевса Крона, или Кроноса – титана, имя которого в народе служило символом бессмертного времени.

В контексте притчи имя Кронид, Крон воспринимается в свете народной этимологии как «Крона» - верхушки могучего вековечного дуба, пять его сыновей – здоровые, хорошие дубки. Семейство батюшки написано в образах древесно-животных, а окружающие их животные и деревья – в человеческих образах. Сам Кронид – языческий бог, крепкие брови, ласковая под солнцем борода, крепкие волосатые руки, ум, основательность. Его церковная служба – отпевание, исповедование, причащение – это помощь земле встретить «своего Бога в силе и свете» (9, 46).

Попадья – «плодоносная матушка», попята – молодые дубки, двуногие, они любят, погоготать, «поржать» на весенней свободе. Все они живут просто, естественно, как сама природа. Молчаливых голубоглазых баб Зайцев сравнивает с лошадьми, покойных и важных лошадей – с добрыми работниками, стройные липы и дубы – с молчаливыми бабами. В коровах отмечает задушевность, а в жеребятах – «ветрообразие». «Громаднейшее всемужицкое тело» - Россия встречает свой праздник – Пасху: «… копошится по стране, тащит пасхи в церковь, ждёт яркого и особенного дня» (9, 45).

Притча «Молодые» посвящена мистерии осени. В один ряд выстраивает Зайцев пахоту земли, сеяние озимых, поцелуи Глашки и Гаврилы, их обручение.

«Так обручились они друг дружке в светлый осенний день, при ласковом солнце, в двух шагах от пашни, в роще. И назад вышли спокойнее, уже гораздо важнее, - молодой четой» (9, 67-68).

Страницы: 1 2 3

Похожие статьи:

Аллегория и реализм в творчестве Ника Хоакина
Судьбы филиппинской литературы определяются историческими судьбами Филиппин. С 1565 по 1898 год (ровно 333 года, как отмечают любители апокалиптических чисел) Филиппины были колонией Испании. В результате национально-освободительной антии ...

В.Я. Брюсов
При разговоре Валерия Яковлевича с А.Л. Чижевским в 1920 году Брюсов заметил, «Калуга - отличный город… Еще в 1910 году я жил в селе Белкине… Прекрасная природа…» В Белкине (июнь 1910 года) Брюсов работал над новой книгой стихов «Зеркало ...

Глагол
Для текста летописи характерно употребления формы аориста глаголов. Данная форма обозначает прошедшее действие как конкретный факт, совершившийся до момента речи (приде братъ его; изыма и поби; постави церков; навчи веровати). Довольно х ...