Разделы


Борис Годунов в произведениях Н.М. Карамзина и А.С.Пушкина

Материалы » Борис Годунов » Борис Годунов в произведениях Н.М. Карамзина и А.С.Пушкина

Отдавая полную справедливость огромным заслугам Карамзина, в то же время можно и даже нужно беспристрастными глазами видеть меру, объём и границы его заслуг. Человек многосторонне даровитый, Карамзин писал стихи, повести, был преобразователем русского языка, публицистом, журналистом, можно сказать, создал и образовал русскую публику и, следовательно, упрочил возможность существования и развития русской литературы; наконец, дал России её историю, которая далеко оставила за собой все прежние попытки в этом роде и без которой, может быть, ещё и теперь знание русской истории было бы возможно только для записных тружеников науки, но не для публики. И во всём этом Карамзин обнаружил много таланта, но не гениальности, и потому всё сделанное им весьма важно как факты истории русской литературы и образования русского общества, но совершенно лишено безусловного достоинства. Важнейший его труд, без сомнения, есть «История Государства Российского», которая читается и перечитывается до сих пор, когда уже все другие его сочинения пользуются только почётной памятью, как произведения, имевшие большую цену в своё время. И действительно, до тех пор, пока русская история не будет изложена совершенно с другой точки зрения и с тем умением, которое даётся только талантом, до тех пор история Карамзина поневоле будет единственной в своём роде. Но уже и теперь её недостатки видны для всех, может быть, ещё больше, нежели её достоинства. В недостатках фактических нельзя винить Карамзина, приступившего к своему великому труду в такое время, когда историческая критика в России едва начиналась, и Карамзин должен был, писав историю, ещё заниматься исторической разработкой материалов. Гораздо важнее недостатки его истории, происшедшие из его способа смотреть на вещи. Сначала его история – поэма, вроде тех, которые писались высокопарной прозой и были в большом ходу в конце прошлого века. Потом, мало-помалу входя в дух жизни древней Руси, он, может быть, незаметно для самого себя, увлекаясь своим трудом, увлёкся и духом древнерусской жизни. С Иоанна III Московское царство в глазах Карамзина становится высшим идеалом государства,- и вместо истории допетровской России он пишет её панегирик. Всё в ней кажется ему безусловно великим, прекрасным, мудрым и образцовым. К этому присоединяется ещё мелодраматический взгляд на характеры исторических лиц. У Карамзина ни в чём нет середины: у него нет людей, а есть только или герои добродетели, или злодеи. Этот мелодраматизм простирается до того, что одно и то же лицо у него сперва является светлым ангелом, а потом чёрным демоном. Карамзинский Годунов – лицо совершенно двойственное: он и мудр и ограничен, и злодей и добродетельный человек, и ангел и демон. Он убивает законного наследника престола, сына своего первого благодетеля и брата своего второго благодетеля, мудро правит государством и, принимая корону, клянётся, что в его царстве не будет нищих и убогих и что последней рубашкой будет он делиться с народом. И честно держит он своё обещание; он делает для народа всё, что только было в его средствах и силах сделать. А между тем народ хочет любить его – и не может любить.

Карамзин не одного Пушкина – несколько поколений увлёк окончательно своей «Историей Государства Российского», которая имела на них сильное влияние не одним своим слогом, как думают, но гораздо больше своим духом, направлением, принципами. Пушкин до того вошёл в её дух, до того проникнулся им, что сделался решительным рыцарем истории Карамзина и оправдывал её не просто как историю, но как политический и государственный Коран, долженствующий быть пригодным как нельзя лучше и для нашего времени и остаться таким навсегда.

Удивительно ли после этого, что Пушкин смотрел на Годунова глазами Карамзина и не столько заботился об истине и поэзии, сколько о том, чтобы не погрешить против «Истории Государства Российского»? и поэтому его поэтический инстинкт виден не в целости, а только в частностях его трагедии. Лицо Годунова, получив характер мелодраматического злодея, мучимого совестью, лишилось своей целости и полноты; из живописного изображения, каким бы должно было оно быть, оно сделалось мозаической картиной, или статуей, которая вырублена не из одного цельного мрамора, а сложена из золота, серебра, меди, дерева, мрамора, глины. От этого пушкинский Годунов является читателю то честным, то низким человеком, то героем, то трусом, то мудрым и добрым царем, то безумным злодеем, и нет другого ключа к этим противоречиям, кроме упрёков виновной совести.… От этого, за отсутствием истинной и живой поэтической идеи, которая давала бы целость и полноту всей трагедии, «Борис Годунов» Пушкина является чем-то неопределённым и не производит почти никакого резкого, сосредоточенного впечатления, какого вправе ожидать от неё читатель, беспрестанно поражаемый её художественными красотами, беспрестанно восхищающийся её удивительными частностями.

Похожие статьи:

Революционные настроения Тургенева – роман «Накануне»
Роман «Накануне» был написан и напечатан в самый разгар революционной ситуации 1859—1861 годов. Когда роман вышел в свет, мнения о нем резко разделились, даже те, кто приветствовал роман, вынуждены были говорить, прежде всего, и больше в ...

Способы создания образов персонажей в художественной литературе
В данной главе будут рассмотрены основные способы создания характеров и персонажей и конфликтов в художественной литературе. Известный романист и филолог Джеймс Н. Фрэй в своей научной книге "Как написать гениальный роман" гово ...

III.
Многие критики отмечают, что творчество для Сент-Экзюпери неотделимо от реальной деятельности человека. Критик Александр Исбах полагает, что автор «Южного почтового» поэтизирует труд, творчество, переживания своих героев. Морис Ваксмахер ...