Кресла облиты в дамскую мякоть

Женщины - мяса и тряпок вязанки…

Волоса густые, как нефть,

И кожа её черна и жирна

Как вакса "Черный лев"

Жолковский пишет: "Лица монахинь гофрированы, как ножки поросят; толстые прачки напоминают стоногий окорок; сонная кухарка - моченое яблоко… Женщина наряду с едой фигурирует в стандартном меню мещанина: писателей-конкурентов Маяковский называет любящими баб да блюда… Соположением бабы с ее съестным товаром начинается и разоблачение ее симпатий к Врангелю: подобно бубликам, баба бела, жирна; перейдя к белогвардейцам, она обжирается и в конце концов поедается белогвардейцами вместе с бубликами. Тем самым впрямую доказывается ее политическое неразумие, а подспудно - ее съедобность" (Жолковский, с.249-250). См. противопоставление поэта=революционера едоку=буржую, заявленное нами выше. На самом же деле причина вовсе не в злодействе поэта, как это пытается показать Жолковский. Поэт просто преодолевает или отрицает возможные препятствия для своего голоса, прошлые и будущие, подсознательные и насущно-бытовые. Женщина препятствует истинной поэтической манифестации, в понимании Маяковского, (не препятствуя при этом традиционной лирической поэзии, на чем у него основано множество сравнений).

Еще один важный элемент - олицетворение с собакой

, а также и с некоторыми другими животными - оно восходит к императивной "уличности", "площадности" поэта. Маяковский встречается на улицах со зверями, с собаками, он превращается в собаку (см. "Вот так я сделался собакой"), сочувствует собакам, представляется щеном в отношениях с Лилей Брик. Кроме того, лай традиционно воспринимается как крик. Собака, таким образом, настоящий поэт.

Но здесь, в этом пункте, необходимо сделать поворот и свернуть на порочную для чистокровного литературоведения колею биографичности и этико-философского осмысления, переходящего в психологический анализ. Как кажется, эта порочная колея неизбежна при рассмотрении настолько политизированной и ангажированной личности, как Маяковский. Проделаем еще раз уже пройденный путь исследования мотива голоса, вспомним постулированную вначале дихотомию "голос\тело". Итак, мы считаем поэтическую деятельность Маяковского преодолением голосом тела. В его поэтической эволюции мы наблюдаем постепенное наращивание противоречий между этими генетически однородными субстанциями. Голос Маяковского - единственная реальная его сила, и он его полностью подчиняет определенной цели. Подобная ангажированность голоса создает поэтическую несвободу и ведет к трагедии. Под ангажированностью подразумевается причастность цели, ориентированность вокруг центра. Вначале это было богоборчество, потом - служение революции, но борьба и подчинение, на самом деле, две стороны одной медали.

Постепенно разрыв между телесным и голосом разрастается, и телесное в этой оппозиции сближается, по сути, с духовным. Здесь кажется интересным указать на существующее в современной философии (в частности, в трудах Ж.Деррида) появляется понятие экономичности в человеческом поведении как превалирования Голосового, фонетического в культурном пространстве человека. Это и есть полюс ангажированности, стремления к цели, к центру; это политика и метафизически ориентированная философия, это риторика и поэзия "голоса". Таким образом, голосовая основа поэзии Маяковского оказывается первопричиной всех тем его творчества и его биографии как ориентированных вокруг центра, стремящихся к центру. И таким центром для Маяковского является площадь - и в плане урбанистическом, и телесном, и - биографически - в плане социальном (центр как власть - это коммунисты).

Похожие статьи:

Аллегория и реализм в творчестве Ника Хоакина
Судьбы филиппинской литературы определяются историческими судьбами Филиппин. С 1565 по 1898 год (ровно 333 года, как отмечают любители апокалиптических чисел) Филиппины были колонией Испании. В результате национально-освободительной антии ...

Дореволюционная Москва. Иван Бунин
Родился 10 октября 1870 года в Воронеже в обедневшей старинной дворянской семье. Имя Бунина у дореволюционных читателей всегда связывалось с темой вымирающих дворянских гнезд. Когда Бунину исполнилось три года, семье пришлось переехать в ...

Познавшие любовь и боль
Юная героиня рассказа «После театра» полна еще не любовью, а предчувствием любви, светлой радостью, вызванной взволновавшей ее музыкой П. И. Чайковского, поэтичным письмом Татьяны. Иная, трагическая нота окрашивает рассказ «Володя», в кот ...